Кожа

14 Июнь 2009 | Автор: sensei888 | Теги:

Секретные материалы


Ben Mezrich «Skin»


Бен Мецрих «Кожа»



 

1

В два часа пополуночи вой сирен, и скрип тормозов разорвали тишину в бетонном здании. Площадку перед приемным отделением заполни­ли кареты «скорой помощи». Рычание моторов и возгласы санитаров слились в непрерывный гул. Распахнулись массивные двустворчатые двери, ведущие в просторное помещение с кафельным полом.

— Приехали! — крикнул кто-то, и все при­емное отделение пришло в движение. Врачи, растирая лица ладонями, побежали навстречу носилкам, на ходу отдавая распоряжения млад­шему персоналу, тут же появились десятки те­лежек с медикаментами и хирургическим инстру­ментом. Стороннему наблюдателю показалось бы, что в приемной реанимации — хаос и пани­ка, на самом же деле действия каждого врача и санитара были тщательно продуманы и выверены, как перемещения опытного игрока по футбольному полю в решающие моменты матча. В этом броуновском движении прослеживалась непостижимая гармония.

Брэд Олджер, забившись в угол, потрясенно наблюдал за происходящим. Он заступил на дежурство всего двадцать минут назад, но его одежда уже пропиталась потом. На рукавах белого халата расплылись алые пятна, рисунок на кроссовках приобрел какой-то странный лиловатый оттенок. Белокурые волосы свалялись, образовав на макушке нечто вроде протуберан­ца, под глазами красовались такие мешки, слов­но Брэд месяц не спал.

Утирая рукавом потный лоб, он едва не угодил под тележку.

— О Боже! — простонал Брэд. — Мы уже по колено в крови. Я думал, больше, чем в прошлый раз, привезти просто невозможно… Сколько же «скорых» сейчас приехало?

— Двадцать две, — бросила в ответ санитар­ка, едва не впечатавшая его в стену тележкой, и добавила, стягивая окровавленные перчатки: — А может, и больше. Сначала они говорили, что разбилось девять машин, теперь оказалось — тринадцать.

— Тринадцать машин! — пробормотал Брэд, присвистнув. — Ничего себе авария в два часа ночи!

— Насколько я понимаю, вы в первый раз дежурите с пятницы на субботу, — заметила санитарка и смерила его оценивающим взглядом. Удивительно приветливые для такой обстановки карие глаза. Сколько ей? На вид не больше тридцати пяти. Но рядом с ней Брэд чувствовал себя ребенком.

— Я работаю здесь с воскресенья, — ответил Брэд, стараясь унять предательскую дрожь в голосе.

— Тогда — добро пожаловать в Нью-Йорк, — улыбнулась санитарка, взяла свежую пару пер­чаток — и вновь ринулась в гущу событий.

За последние несколько дней Брэд сотню раз задавал себе мучительный вопрос: «Какого дья­вола я здесь делаю?» Всего месяц назад ему, четверокурснику в Цинциннати, самыми нераз­решимыми проблемами в жизни казались взаи­моотношения с подружкой или долг за общежи­тие. Во время учебы он проходил практику на местной станции «скорой» — но заварух, хотя бы отдаленно напоминающих сегодняшний кош­мар, ему видеть не приходилось.

А начинался вечер вполне безобидно: пяток сердечных приступов, два-три легких ножевых и огнестрельных ранения (в такую-то рань!) да несколько пациентов с респираторными заболе­ваниями, украдкой попыхивающих сигаретами под кислородными масками. И вдруг — этот звонок. Катастрофа на крупной автомагистрали, десять человек в критическом состоянии, еще, как минимум, два десятка — в тяжелом. Работ­ники всех отделений, не занятые неотложными операциями, были тут же вызваны в приемную реанимации.

С этого мгновения в реанимационной палате стали звучать очень странные слова. Например, объявили чрезвычайный режим номер один. И Брэд Олджер сделал большую ошибку, попро­сив Дюка Бейкера перевести это на нормальный английский. Дюк, главный врач отделения, похо­жий на Гаргантюа, чуть было не запустил в новичка связкой капиллярных трубок, после чего произнес сразу несколько нормальных англий­ских слов — не имеющих, впрочем, прямого отношения к делу. Потом, правда, объяснил:

чрезвычайный режим номер один — это значит, постараться не угробить ни одного пациента хотя бы до рассвета и не путаться у него, Дюка Бейкера, под ногами…

— Брэд, сюда, скорее!

Олджер почувствовал, как бешено заколоти­лось сердце. Его позвал один из четырех выпуск­ников, прибывших вместе с Брэдом, Деннис Кроу — долговязый черноволосый парень. Олд­жер мог поспорить — мурашки у него сейчас бегают по всему телу, а не только по дрожащим рукам. В том числе и по заднице, о которую Дюк Бейкер уже успел вытереть башмак. Деннис был единственным из присутствующих, кого стоило вытурить раньше, чем Брэда, — фермерский сынок, зачем-то окончивший Университет штата Висконсин, окончательно растерялся в суете и шуме огромной городской больницы.

Кроу и два санитара склонились над носил­ками. Санитары пытались удержать бьющегося в конвульсиях пациента, а Деннис — ввести ему дыхательную трубку. Санитары отнюдь не отли­чались хрупким телосложением, однако им сто­ило большого труда прижимать к носилкам плечи и запястья пострадавшего.

Олджер схватил со столика пару стерильных перчаток и поспешил на помощь. Лавируя между носилками, он распорядился подвезти электро­кардиограф и тележку с медикаментами. Секун­да — и медсестра Мария Гомес уже присоеди­няла электроды кардиографа к груди пациента. Несмотря на внушительные габариты, эта жен­щина действовала с удивительной легкостью, движения ее были точными и ловкими, а к пациенту она подбежала даже раньше Олджера. Сейчас сестра Гомес озабоченно хмурилась. Ко­нечно — ведь ни один здравомыслящий медик по доброй воле не станет работать в команде с двумя несмышленышами, играющими в док­торов…

Олджер с гневом прогнал эту мысль. Он не играет в доктора, он теперь САМЫЙ НАСТОЯ­ЩИЙ ДОКТОР! И хватит комплексовать. Вот лежит пациент, все внимание — на него.

Лицо восточного типа, нос с горбинкой, но волосы светлые, коротко остриженные. Лет двад­цать пять, не больше. Высокий — едва помес­тился на носилках, мускулистый. Санитары за­благовременно срезали с него рубаху, обнажив размашистую татуировку на могучем плече — дракон, изрыгающий пламя. И ни одного внеш­него повреждения, никаких типичных следов автокатастрофы.

Деннис все-таки сумел впихнуть в горло по­страдавшего дыхательную трубку и подсоединить аппарат искусственного дыхания. Мощная грудь начала вздыматься, и с нее едва не осыпались электроды. Как только дыхание возобновилось, пациент затих и закрыл глаза.

— Что с ним? — спросил Олджер у санитара.

— Нашли у дороги, футах в двадцати от места аварии, — ответил санитар, привязывая постра­давшего к носилкам. — Никаких внешних по­вреждений, никаких признаков контузии. Но во время транспортировки у него дважды начина­лись судороги, а несколько минут назад произо­шла остановка дыхания.

—О нем что-нибудь известно?

— Ни документов, ни бумажника. На внеш­ние раздражители не реагирует. В машине на пару минут пришел в сознание, но на вопросы не отвечал.

— Какие-нибудь препараты вводили? Санитар покачал головой.

— Зачем? Давление и пульс были практичес­ки в норме, дышал он самостоятельно.

— А кардиограмма?

— На месте аварии такое творилось, что было не до кардиограммы. Наша машина везла еще двоих — вообще в критическом состоянии. Я даже не уверен, что этот тип пострадал в аварии. Может, просто случайный прохожий. Вы ведь представляете, как выглядит человек, выле­тевший через ветровое стекло или открытую дверь… Ну, так что, займетесь им, ребята?

Здоровенный санитар выжидающе уставился на новобранцев. Олджер почувствовал, что не­удержимо краснеет — он прекрасно понимал, какими сопляками они выглядят. Впрочем, сани­таров это не заботило — они свое дело сделали и теперь заторопились к выходу. Новички оста­лись с пациентом один на один. Олджер поискал глазами Дюка Бейкера — тот склонился над носилками в противоположном конце палаты — и скрипнул зубами. Да, у него далеко не богатый опыт, но он справится!

— Начнем, — сказал Олджер. — Искусствен­ное дыхание, кардиограмма…

Ясное дело, опытной медсестре он казался полным идиотом. Ей не требовались подобные указания, но Олджер решил вернуться к основ­ным процедурам и только потом как можно увереннее двигаться дальше. Он действовал так, как его учили. Убедившись, что Кроу закончил с искусственным дыханием, Олджер повернулся к экрану кардиомонитора…

И обомлел.

— Твою м-мать… — прошептал он, заикаясь. Кроу тоже повернулся к монитору — и вы­таращил глаза. По экрану скакали невообрази­мые ломаные линии.

— У него там внутри что, ядерный поли­гон? — пролепетал Деннис. — Фибрилляция, да?

Олджер отрицательно покачал головой. Ос­тановка сердца могла произойти в любую секун­ду. Такой кардиограммы он не видел даже на картинках: один участок почти соответствует нормальному ритму, другой, по соседству, — жесточайшей аритмии, причем во всех видах сразу. Если бы бригада «скорой» увидела карди­ограмму, пациент ни за что не достался бы вчерашним студентам — его немедленно отпра­вили бы главному хирургу.

Олджер снова повернулся к пострадавшему. Молодой человек по-прежнему был без сознания и лежал спокойно. Но как только кардиограмма ощетинивалась острыми неравномерными зубца­ми, его мышцы начинали мелко содрогаться. С ним творилось что-то крайне странное и не­объяснимое.

— Не нравится мне все это, — произнес Олджер. — Что с давлением?

Медсестра склонилась к циферблату портативного тонометра:

— Двести двадцать на девяносто.

— Что-о?!

Мария Гомес посмотрела еще раз, пожала плечами и подтвердила:

— Двести двадцать на девяносто. Она казалась спокойной, и только бледность выдавала ее волнение. У Олджера засосало под: ложечкой. Двести двадцать на девяносто — это очень скверно. А в сочетании с беспорядочным сердцебиением — просто кошмар. Кровеносная система бедняги вытворяла форменные безобра­зия, и сердце работало на износ.

— Может, пульмолярный эболизм? — про­должал сыпать терминами Кроу.

Олджер отмахнулся. Он, слава Богу, не забыл, как на кардиограмме выглядит пульмолярный эболизм. Промокнув рукавом потный лоб, он сказал себе: «Только спокойствие». Спокойствие и сосредоточенность. Здесь какая-то тайна, но разве не это — таинственность и непредсказуе­мость — привели его в отделение интенсивной терапии?

— О’кей, подключаемся к системе искусст­венного кровообращения…

— Давление растет! — перебила его медсе­стра. — Систолическое — двести тридцать!

Ч-черт! Куда же ему еще расти? Олджер процедил сквозь зубы грязное ругательство. Хо­чешь — не хочешь, придется звать на помощь Дюка. Пациент в любую секунду может «уйти». Олджер приподнялся на носках, чтобы окликнуть главного, но Кроу закричал:

— Фибрилляция! Теперь — точно фибрилляция, посмотри!

Зеленые линии на экране дергались в беше­ном танце. Деннис оказался прав — сердце пациента реагировало на разрозненные электри­ческие импульсы и потеряло способность пере­

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50

Tags:


Если вам понравилась эта книга, то мы также рекомендуем прочитать:
Эпицентр    
Кровавый ветер    
Борьба с будущим    
ВОСХОЖДЕНИЕ. Файл №206.    
Троица. Файл №207.    

Комментирование закрыто.


Секретные материалы

Здравствуйте, дорогие друзья и поклонники Секретных материалов (X Files).
Этот сайт специально разработан для любителей сериала X-Files, здесь вы найдете много интересного для себя.
В дальнейшем мы надеемся развиваться и выкладывать на сайте не только новые книги, а также видео и фото материалы.
Надеемся, что наш сайт вам понравился, мы также с удовольствием выслушаем ваши пожелания и отзывы (внизу сайта находится ссылка на обратную связь).
Все книги Секретные материалы (X Files)




Яндекс цитирования Rambler's Top100